Чёрная орхидея Москвы

Морозный воздух Санкт-Петербурга обжигал легкие, когда Виктория, закутанная в дорогую, но практичную парку, спешила по набережной Фонтанки. Высокие, строгие фасады старинных зданий отражались в темных водах канала, словно молчаливые стражи вековых тайн. Виктория не любила этот город зимой – слишком много воспоминаний, слишком много боли, скрытой под слоем снега и льда. Она работала управляющей в небольшом, но элитном цветочном салоне, где каждый бутон, каждый лист был частью искусства. Но сегодня искусство казалось ей чуждым. Ее мысли были заняты другим: встречей, которая могла изменить все.

В ее сумочке лежал запечатанный конверт, переданный ей вчера вечером дрожащей рукой ее старого друга, Дмитрия. Он работал на одного из самых влиятельных людей города, человека, чье имя произносили шепотом, человека, чье лицо редко видели на публике – Алексея Воронцова. Дмитрий не объяснил, что в конверте, лишь сказал, что это «последний шанс» для нее, для него, для всех, кто оказался в паутине Воронцова. Он исчез на следующее утро, оставив Викторию наедине с растущим страхом и странным чувством долга.

Салон «Черная Орхидея» был ее убежищем, местом, где она могла спрятаться от сурового мира, который забрал у нее родителей, оставив лишь долги и призрачные обещания. Она знала, что Воронцов, человек, который, по слухам, контролировал большую часть криминального мира и легального бизнеса города, не делал подарков. Любая его «помощь» всегда имела высокую цену. Но что она могла потерять?

Время подходило. Сердце билось о ребра, как пойманная птица. Она остановилась у массивной, кованой решетки, ведущей во внутренний двор старинного особняка, где, по словам Дмитрия, находился кабинет Воронцова. Двор был пуст, освещенный лишь тусклым светом фонарей. Решетка была приоткрыта. Шаг внутрь – и она почувствовала, как мир вокруг сжимается, а воздух становится гуще.

Голос, низкий и бархатный, заставил ее вздрогнуть. «Мисс Виктория? Я ждал вас».

Она обернулась. У стены, словно высеченный из тени, стоял Алексей Воронцов. Его глаза, цвета грозового неба, пристально смотрели на нее, изучая, оценивая. Он был старше, чем она представляла, но его сила и аура власти ощущались даже на расстоянии. В его руке была тонкая сигара, дым которой медленно поднимался к потолку.

«Дмитрий… он оставил мне послание», – голос Виктории дрогнул, но она заставила себя говорить твердо. Она протянула ему конверт.

Воронцов взял конверт, но не открыл его. Вместо этого он сделал шаг к ней, сокращая расстояние. «Дмитрий всегда был… импульсивным. Он думал, что может сбежать. Но от меня не убегают, мисс Виктория. Никогда». Он остановился совсем близко, и Виктория почувствовала запах дорогого табака и чего-то неуловимо опасного. «Теперь вы здесь. И вы должны понять. Вы – моя».